АТО что?

Что ни говорите, а у локдаунов есть и свои плюсы. Мы уже досконально обсудили теории заговора, что касаются международных элит, фармацевтических компаний и вышек сотовой связи. В вытянутых “трениках” и грязных футболках киевляне яростно порицали мировое правительство, понятия не имея о том, что происходит в самой столице.

А между тем, в Киеве развернулась настоящая борьба двух групп влияния. Как в бандитские 90-тые, молодежь пытается выбить стул из под стариков. Желательно, предварительно надев на тех петлю.

Стычки вспыхивают то тут, то там. На этот раз полем противостояния стал совет ветеранов АТО. Перемены в совете приближались, и это было очевидно по нескольким причинам.

Основная — в совете ветеранов АТО слишком мало ветеранов АТО. Орган, который создали для защиты интересов солдат антитеррористической операции, умудрился вместить лишь несколько собственно бойцов. Большая часть совета — поразительно — бизнесмены и политики. Что говорить, если сам глава Игорь Мари еще в 2015 году докладывал на конференции «Кто ответит за трагическую смерть рэпера Ларсона?».

Уровень? Уровень.

Сейчас же, когда интерес капризной общественности к ветеранам АТО сошел на нет, совет ветеранов тоже занялся делами больше муниципального толка, чем ветеранского.

Между тем, совершенно логично, совет стал местом притяжения для новых сил. Ведь пока депутаты мусолят статус ветеранов, который у аморфного населения хватает совести не признавать, в этом же время в Киеве молодые люди, со свойственной молодости резкостью, дают отпор сепаратистским и пророссийским настроениям. Не словом, а делом. Хотя даже словом — воспитательные беседы С14 уже достаточно знамениты — выходит эффективнее, чем месяцы работы «совета ветеранов АТО». А с объявленными планами руководства организации вынести эту борьбу на политический уровень, ситуация сложилась напряженная.

Старожилы совета в Киевраде почувствовали, откуда ветер дует, и вместо подопечных занялись потенциальными конкурентами. «Понаехали! Накроманы!» — все чаще стали писать депутаты из комфортных кресел, которые так не хочется покидать. В последней своей кляузе они уже и не скрывают боязни упустить кормушку. Мол, «доводим до вашего сведения», «праворадикалы», «неонацисты» — и дальше по примеру и методичкам российских информационных кампаний против С14.

Кривобок, Шевченко, Турчак, Бугай, Рябов, Шатровский, Васильченко настаивают — руководство совета запугивает оппонентов обновления нестройных рядов. Что же это делается?! — как будто спрашивают еще более вышестоящее руководство члены совета ветеранов АТО, которые, по логике, бывали под обстрелами, и смотрели смерти в лицо.

Или политическая смерть хуже?

Чтобы понять, что защищают, достаточно покопаться в хозяйстве совета. Посчитайте, сколько земельных участков выделено под деятельность всевозможных ветеранских организаций? Сколько их вообще создали? И какова от них реальная помощь ветеранам?

Мы уже привыкли к депутатскому цинизму. Мы привыкли, что идут в политику за деньгами, а не переменами. Но взывать к справедливости в такой ситуации — это уже слишком даже для депутата.

Подумайте сами. У солдат на востоке страны каждый день ситуация достаточно простая: враг — там, свой — здесь. Врага надо остановить.

В Киеве их встречают лоснящиеся «опекуны» с фразами «не все так однозначно», и «не все так просто». Не пора ли обновить совет ветеранов людьми, для которых все намного однозначнее и проще?