Маразм, слабое самочувствие и медицинские манипуляции. Как Насиров избежал инфаркта

Отстраненный от должности главы ГФС прокомментировал происходящее вокруг него в последние дни.

Отстраненный от должности главы ГФС Украины  Роман Насиров назвал маразмом решение о залоге в два миллиарда гривен,а также рассказал, как его четыре часа возили по городу после того, как забрали из кдиники «Феофания». Об этом он заявил, находясь заблокированным в здании Соломенского райсуда Киева. Об этом сообщает «РБК Украина».

«Исходя из последних двух дней, ожидания непонятные, потому что детективы НАБУ откровенно демонстрируют свою власть по отношению ко мне», - прокомментировал ожидания от сегодняшнего заседания Насиров и пояснила. Что под «демонстрацией власти» со стороны НАБУ он имел в виду действия, когда его в бессознательном состоянии забрали из «Феофании».

«Я пришел в сознание в институте Стражеска. Потом меня привезли сюда (в Соломенский суд. - ред). 4 марта, после суда, должны были доставить в «Феофанию», в стационар. Но вместо этого четыре часа ездили по городу. Сначала опять в Стражеске, где хотели меня оставить, но им отказали, потому что это противоречит лечебному процессу. Потом – в БСП. Там категорически сказали, что это бред, и меня надо доставлять по месту лечения. И только в три часа ночи мы вернулись в «Феофанию», - рассказал Насиров и добавил, что при этом ему не объясняли, что происходит.

«После заседания суда сказали, что мы едем в «Феофанию», но фактически поехали в другое место. И все это могут подтвердить. Кроме того, люди, которые меня забирали, были не медицинской бригадой, а сотрудниками правоохранительных органов, как выяснилось, одетые в красные костюмы, как у работников скорой помощи», - добавил отстраненный от должности главы ГФС Насиров.

«Это очень политизированное дело. Я считаю, что безосновательно меня и службу прикрепили к резонансному делу. Для этого нет юридических оснований. Это подтверждают все юристы, занимающиеся делом. А вот происходящее сейчас, наверное, вдвойне, втройне подчеркивает политизированность дела», - добавил Роман Насиров, при этом он не сказал, от кого, по его мнению, исходят указания.

«Нужно понять, кто сверху и кто дает указания НАБУ. Видимо, кто-то на них влияет. У меня уже появляется мысль и есть риски, что на них влияют извне», - пояснил подследственный.

Также он возмущен информацией о рекордной сумме залога за его выход из-под стражи.

«Требование двух миллиардов залога – это вообще маразм. Вам любой скажет, что это ни теоретически, ни практически не реализуемый залог. Требование такого залога прокуратурой или НАБУ - это изначально говорит о том, что это требование ангажированное и цель его – сделать дело более резонансным», - заявил Насиров и отмел подозрения правоохранителей в его причастности кнезаконной реструктуризации налогового долга компаний, связанных с бегылм нардепом Онищенко, Насиров, отметив, что никаких злоупотреблений не было.

По словам отстраненного от должности главы ГФС, у него в кабинете и дома провели обыски.

 "Дома у меня были изъяты незначительные денежные средства, часы, украшения – все они были мной раньше задекларированы. Я не знаю, какое они имеют отношения к делу. Для меня это большой вопрос. На работе был изъят, я точно не знаю, то ли компьютер, то ли монитор. Это то, что мне известно», - отметил Насиров.

«Моей жене, по наследству, досталось по 1/40 в нескольких квартирах. Они проводили обыски у бабушки моей жены, которую я видел несколько раз в жизни. Проводили обыски по другим адресам, по некоторым из которых я вообще ни разу в жизни не был, а знал об их существовании только из реестра, где указаны данные о полученных моей женой, по наследству, долях в объектах недвижимости. Мне кажется, такие действия свидетельствуют об их… Не знаю… Непрофессионализме», - добавил Роман Насиров.

Также он отметил, что у него слабое самочувствие потому что за последние два дня невозможно было проходить лечебные процедуры, даже элементарно поесть.

«Мне был сделан ряд медицинских манипуляций, некоторые из них, наверное, можно считать операцией. Но фактически это был ряд действий, направленных на стабилизацию давления и работы сердца. У меня было прединфарктное состояние. То, что у меня инфаркт, я не говорил», - отметил Насиров.